Главная arrow Новости arrow Аналитика arrow Кудрин: сдерживать курс рубля сейчас не имеет смысла

Кудрин: сдерживать курс рубля сейчас не имеет смысла

18.11.2014 г.
Курс российского рубля подошел к точке равновесия, происходит дооценка факторов, отражающихся на нем, об этом рассказал бывший министр финансов России, глава Комитета гражданских инициатив Алексей Кудрин.

— Алексей Леонидович, ЦБ представил новую политику, которая, по сути, означает существенное движение по направлению к свободному курсу рубля. ЦБ ограничивает, повышает процентную ставку, ограничивает валютные интервенции и расширяет действие аукционов РЕПО. Вы были сторонником перехода к свободному курсу.

— Ответственность я готов разделять за режим курса. Он должен быть свободным. Но курс — это проявление предыдущей экономической политики государства или внешних экономических условий. И за эти факторы я не готов пока нести ответственность.

Последние три года я не работал в правительстве. И если говорить, что если бы ЦБ решил отпускать курс в свободное плавание год назад, то этого даже никто не заметил. И на курсе это практически никак бы не отразилось. Потому что экономика еще росла более высокими темпами.

Цена на нефть не падала, а была на очень высокой планке: $104, $105. Санкции еще никто не вводил против России. И тем самым, если бы год назад ЦБ отпустил курс, то он бы вообще практически не изменился. Но впоследствии изменения внешних условий, санкций, он бы более свободно стал двигаться, чем двигался последние несколько месяцев. ЦБ в своей экономической политике, объявленной еще 3 года назад, объявил 2015 год годом освобождения курса, перехода к свободно плавающему курсу.

Так получилось, что сейчас удобное время, сам курс очень сильно меняется даже при интервенциях ЦБ. Ведь ЦБ уже влил около 30 миллиардов долларов. Даже это не останавливает курс. Потому что факторы, которые сегодня на него влияют, очень сильные. В таких условиях, когда факторы, определяющие, влияющие на курс, очень сильные, пытаться сдерживать курс, остановить его или зафиксировать или медленнее менять потребует существенных резервов или существенных интервенцию золотовалютных резервов.

Мы через два там месяца придем к тому же курсу, но только за это время потеряем 60 миллиардов долларов.

— Тем не менее целесообразность перехода именно в этот момент вы видите? Почему ЦБ не стал ждать января 2015 года, а принял эти трудные решения сейчас?

— Переходить можно было позже, раньше. Но сейчас при таких внешних условиях было бы, наверное, нецелесообразно сохранять курс или его сдерживать, на один месяц продержать.

— Как вы оцениваете реальное положение рубля на данный момент? Он недооценен или переоценен?

— Курс, по сути, в свободном плавании. Но на курс сегодня влияет прежде всего приток валюты и оценка валютных поступлений в Россию в течение ближайших месяцев или года. Эти оценки в последние дни стали меняться.

Во-первых, цена на нефть за последние три месяца упала на 30%. Курс упал примерно на 50% к доллару, а вот цена на нефть — на 30%. Это значит, мы можем уже быть в значительной степени уверенными, что значительная доля этого изменения курса зависит от изменения цены на нефть. Именно для российской экономики это является очень важным фактором валютных поступлений.

Но за последние 3 месяца произошло еще одно важное событие, сопоставимое по масштабам. На Россию были введены санкции на крупнейшие банки и крупнейшие корпорации по получению кредитов вне России. Это было бы ничего.

Но, с другой стороны, нужно вернуть по срокам в следующем году 120 миллиардов долларов внешнем миру. И вот эти 120 миллиардов, которые нужно вынуть из российской экономики и отправить, — это является существенным фактором. Потому что отправить мы должны в виде долларов.

Те, кто должен будет возвращать эти кредиты, они окажут повышенный спрос на валюту. И вот этот повышенный спрос на валюту тоже приводит к тому, что валюта, я имею в виду доллар, дорожает, а рубль ослабевает. Это вот важнейший фактор, который сегодня недооценен.

Вот сейчас в последние дни идет как бы рынком дооценка этого фактора. Я думаю, что в ближайшие дни этот фактор будет учтен и дальше рубль снова стабилизируется. Но в течение года будет происходить докорректировка по этому фактору. Но так же, как и цена на нефть может еще дооцениваться.

— А выплаты дивидендов, которые сейчас тоже подходят в крупных компаниях, и, по идее, это тоже может означать изъятие денежной массы из больших компаний.

— Да. Но это не такой большой поток.

— Это просто все сконцентрировано в определенный отрезок времени, происходит в конце года.

— Еще есть факторы. Допустим, возобновились новые угрозы о введении дополнительных санкций, это тоже может влиять на опять же финансовый рынок, на расчеты.

— Весь этот комплекс факторов что означает для курса рубля? Как далеко он может зайти? И в какой момент может вмешиваться ЦБ? Потому что, напомню, что в линейке инструментов и в случае, когда ЦБ ограничивает свои интервенции сейчас до 350 миллионов в сутки, ЦБ оставляет за собой право, если что, вмешаться. И вот сейчас трейдеры гадают, когда может наступить это?

— Я считаю, это более правильная политика. Она создает большую неопределенность для спекулянтов. Потому что вы можете сегодня ожидать, что курс двигается в одну сторону, а теперь ЦБ говорит: "Извините, через... в любой момент мы можем курс подвинуть на два рубля в обратную сторону и на какое-то время, может быть, там остаться".

— Вы считаете, что существенных подвижек не будет?

— Нет, я сказал, что сейчас он, по сути, подошел к точке равновесия. Сейчас идет дооценка факторов. Представим, что если бы цена на нефть не менялась. Если бы новые санкции не вводились и мы о них практически не говорили, а были бы уверены, что все будет так, как сейчас, то курс, скорее всего, в ближайшее время - неделю, две, три - стабилизируется. И без поддержки ЦБ он должен, конечно, стабилизироваться на какой-то величине. Сегодня эту величину определить трудно. Но она близка к той позиции, которую мы сегодня видим.

— Плавающий курс рубля и слабая валюта, слабый рубль, как говорят, имеют свои позитивные факторы и имеют свое позитивное влияние. Например, на российских экспортеров. Так или иначе помогает пополнить немножко правительственные доходы, которые сейчас связаны со снижающейся ценой на нефть. И каково сейчас влияние на промышленность?

— Нужно основываться на том, что спрос не будет расти. А как же поднять экономику, когда спрос не растет. Это означает, что мы должны стать более производительными и вытеснять импорт. Или завоевывать новые ниши на мировых рынках. Стать более эффективными. Это сложнее намного. Даже без санкций наша добыча оставалась бы примерно на этом уровне или даже слегка снижалась. В силу того, что новые месторождения, они в сложных регионах. В сложных районах, труднодоступных, более высокая себестоимость добычи.

При санкциях, которые ограничивают поставку определенных технологий для особенно трудно извлекаемой нефти. Конечно, у нас в ближайшие годы будет некоторое падение добычи. Значит, опять же это валютные наши запасы, источник добычи и продажи. Даже по меньшим ценам. Это будет также влиять постоянно на курс. Немного подрастет инфляция. Что скорее такой временный фактор. Именно на момент переоценки всех товаров импортных в новые рублевые цены произойдет небольшой скачок.

Уже в этом году это произойдет примерно на полтора, два процента. В следующем году может быть на полпроцента, если серьезного дальнейшего изменения не будет. То есть остаточное влияние этого. Конечно, это повышает ставки кредитов на рынке и ставку ЦБ. Потому что кредиты не могут выдаваться банками в ущерб себе. Они как минимум должны в процентной ставке покрыть инфляцию. То есть сохранить стоимость и финансовую. И плюс еще на этом чуть-чуть заработать.

Ставки кредитов на рынке — инфляция плюс какая-то маржа банка на обслуживание, на поддержание состояния банка. Ставки поднимутся. Таким образом, в секторах, где у нас импортная продукция, импортные комплектующие, конечно, там идет удорожание продукции, это всегда влияет на окончательные цены и возможное снижение спроса на эту продукцию.

Тем не менее, наверное, очень серьезной поддержкой будет именно уменьшение импорта в России. Импорт стал дороже. Менее доступен для российского потребителя, и многие российские предприятия смогут расширить свое производство и тем самым немного заместить импорт, это будет главным фактором замещения импорта. Вот если сказать в целом по экономике, конечно, этот фактор будет серьезным.

Но в течение года он не может еще стать решающим. В течение года негативных факторов будет немного больше, чем положительных. Поэтому экономический рост в следующем году останется или на этом уровне, или даже немного снизится. Или даже мы получим, может быть, рецессию, уменьшение ВВП, но по мере перестройки предприятий настраивания на выпуск аналогичной продукции, которая раньше импортировалась, требуются некоторые инвестиции, обновление оборудования.

Не так просто это будет делать, и опять же доступ к финансовым ресурсам будет немного сложнее. Но, по мере того как это будет осуществляться, мы можем иметь уже в 2016 году небольшой рост. И дальше он может накапливаться. Если все другие факторы не будут ухудшаться.

— Наступит та самая диверсификация экономики, о которой столько лет говорили, но как еще одно трудное решение, принимаемое в трудное время, может в долгосрочной перспективе, в среднесрочной перспективе принести результат?

— У нас теперь валюты станет меньше в силу сказанных факторов. Курс ослабнет, импорт станет дороже. И российская промышленность станет более загруженной. В этом смысле я хотел сказать, что надо было более осторожно тратить валюту и раньше. Мы сейчас расплачиваемся за то, что мы смело тратили всю валюту, или значительную часть, предыдущие десятилетия.

— Ну и тем самым еще подсадили себя на зависимость от импорта?

— Да, подсадили на зависимость от импорта. Я как раз задерживал всегда эту зависимость. Но не всем казалось, что это правильно. Если есть деньги, почему их не тратить.

— Все-таки о ценах на нефть. Многие эксперты говорят, что сейчас рубль может спасти только резкий рост цен на нефть, правда для него нет предпосылок. Во-первых, о причинах снижения цены на нефть, какой теории вы придерживаетесь? Есть теория заговора о том, что это результат сговора Саудовской Аравии и США. Есть теория о фундаментальных причинах, таких как укрепление доллара, замедление мировой экономики, в целом замедление спроса и привычка жить в условиях дорогих цен на нефть. Когда мир так или иначе привыкает к ним, перестраивается, начинает просто меньше тратить и больше экономить.

— Я назову факторы в том порядке важности, как я считаю. Первый, конечно, фактор замедления роста мировой экономики, он является базовым, он наращивает спрос на нефть, на энергоресурсы во время быстрого роста. Сейчас мировая экономика очень слабая. До кризиса она росла больше 5% в среднем. Сейчас рост чуть больше 3%.

Китай, который до кризиса обеспечивал примерно половину прироста спроса или чуть больше. А сейчас он практически не наращивает спрос. Темп роста экономики у него сейчас чуть выше 7%, но даже по прогнозу предполагается, что он снизится до 6% в среднесрочном периоде. Таким образом, этот главный фактор спроса, он существенно снизился и остается слабым.

Второй фактор — это такая мягкая денежная политика центральных банков США и Евросоюза, и Японии. Трех ключевых ЦБ. Вот эта программа денежного смягчения, которую производила федеральная резервная система США, когда в месяц по 85 млрд долларов инвестировалось в мировую экономику, печаталось, отправлялось, оно поддерживало спрос. Эти деньги растекались, и они создавали спрос. В этом и была цель Федеральной системы США: поддерживать спрос в мире, чтобы не смягчить кризис, последствия того кризиса. Так вот эта политика закончилась ровно в этом месяце. ФРС помесячно уменьшала эту сумму.

— Свернула, и закончилась.

— Свернула. И этот фактор перестал поддерживать спрос на нефть тоже. И тем не менее пока остается достаточно серьезная политика смягчения Европейского ЦБ и Японии.

— А можно их предвидеть, предугадать? Мне все время казалось, что американское смягчение рано или поздно закончится и можно просчитать, подготовиться.

— Мы все об этом говорили, вообще-то. И в моих выступлениях часто я говорил о том, что денежное смягчение влияет на нефть и имеет повышательное значение. И когда вот это свернется, снизятся цены. Третий фактор, который я поставил на третье место, он сейчас становится более важным.

Саудовская Аравия и страны, традиционные страны-экспортеры нефти, добывающие и экспортирующие нефть, обеспокоились быстрым ростом добычи сланцевой нефти в других регионах мира, особенно в США. И конечно, технология разработана, эта технология, по сути, XXI века, она существенно более эффективная, чем все предыдущие. Нефть можно добывать и из менее доступных мест. И в этом смысле США совершенно нарастили за 3 года, примерно 2,5 или 3 млн баррелей в сутки.

Это значительный вклад в мировое предложение нефти. Цена должна была снижаться. Но и Саудовская Аравия, и страны-экспортеры, и мы можем предполагать, потому что официальных заявлений на этот счет не было. Но есть предположение аналитиков нефтяных, которые работают с этим рынком, что традиционно экспортеры не хотят быстро отдавать свою долю добычи на мировом рынке.

— Что выглядит абсолютно логично. Кстати, добывать все-таки сланцевую нефть достаточно дорого, и многие предрекают сворачивание энергетического бума в США именно в силу того, что это будет нерентабельно и невыгодно. Это уже на грани рентабельности.

— Я думаю, что это меньшинство аналитиков так считают. Большинство считают, что бум будет продолжаться. Больше того, он перекинется на другие страны. И Россия - это страна, имеющая крупнейшие залежи такого рода сланцевой нефти. Поэтому, в мировых прогнозах, после 2025 года Россия - второй или третий по объему производитель сланцевой нефти. Никуда мы от этого не денемся.

— Кому это будет надо и сколько это будет стоить, когда будет так много предложений? То есть перспектив для роста цены на нефть в краткосрочной перспективе, в краткосрочном времени вы не видите?

— Наоборот, в краткосрочной зависимости от колебания конъюнктуры в мировом рынке - 3-4 года цена может еще и подняться. Но если брать 20-летний тренд, то цена в реальном выражении будет снижаться, но в номинальном выражении она может даже оставаться такой, потому что инфляция все равно существует.


— Еще один вопрос о деофшоризации экономики. О ней давно говорят, сейчас в Госдуму внесли законопроект, посвященный этой теме, он уже определяет понятие контролирующей компании, контролируемая компания, контролирующее лицо, это вводит разного рода ограничения, для того чтобы можно было следить за деятельностью таких компаний. Существует предложение объявить амнистию все-таки для тех, кто будет возвращать капитал в Россию. Как вы относитесь к этой идеи и к возможностям провести деофшоризацию?

— Тот закон, который сейчас внесен, в отличие от некоторых заявлений депутатов или некоторых граждан, которые говорят, что все капиталы должны привести сюда. Все капиталы не надо сюда привозить. Нужно работать там, где выгодно, и производить там, где выгодно, и зарабатывать, и сюда привозить прибыль.

Но действительно важно, чтобы налогообложение происходило в соответствии с российскими ставками. Этот закон, он, в принципе, это достигает. Он говорит о том, что в офшорных компаниях налогообложение от доходов, которые получены в России, должно осуществляться по ставкам России. Или нужно также облагать налогом те доходы, которые эти предприниматели имеют из других стран. Если он россиянин, если он резидент России и если он держит пакет в офшоре. Держать можно, но только платить налог. Это цель закона. В чем я вижу риски этого закона.

— Каковы последствия этого закона?

— Конечно, это повышает налоги. Во-первых, для тех, кто уклонялся. Во-вторых и для честных, для тех, кто имели доходы от своего бизнеса в других странах. На них теперь снова увеличивается налоговое бремя только потому, что ты россиянин. В целом другие страны тоже идут по этому пути. Этот закон не какой-то уникальный. Но в нашем случае, когда финотчеты будут предоставляться за 2015 год, наши налоговые и следственные органы заинтересуются компаниями.

Они увидят отчет и возникнет вопрос: "Там, наверное, и раньше у вас были доходы". Откуда они там взялись, откуда у вас тут капитал? И конечно, претензий к бизнесу может увеличиться. Раньше как-то на это закрывали глаза, теперь решили не закрывать, теперь будем разбираться. Это конечно, изменение правил игры. Это некое бремя для предпринимателей в новой ситуации.

В этом смысле я согласен, что нужна амнистия, нужна амнистия на все операции до введения этого закона. Можно охватить значительное число предпринимателей, и в этот ответственный для страны момент, когда нужно инвестировать в российскую экономику, они будут находиться все время в состоянии напряжения.

Беседу провела ведущая ТК "Россия-24" Эвелина Закамская.

http://www.vestifinance.ru/
 

Выгодные курсы валют 18/11

покупка продажа
USD 2,0050 2,0080
EUR 2,3610 2,3680
100 RUB 3,3600 3,3700
EUR/USD 1,1760 1,1810
все курсы

Курсы валют НБ РБ

18/11 19/11
1 USD 2,0050 2,0050 +0,0000
1 EUR 2,3648 2,3648 +0,0000
100 RUB 3,3615 3,3615 +0,0000
все курсы валют